День 17. Кызыл-Кия (Кыргызстан) – Баткен – Гулистон (граница) – Исфара – Худжанд – Сангистон (Таджикистан)

При солнечном свете городок Кызыл-Кия оказался вполне уютным; вчера поздним вечером мы практически ничего не видели по пути в отель, а сейчас можно разглядеть множество симпатичных домиков, просторные аллеи, парки, памятники на улицах. Южнее него - горы, плавно переходящие в высокие хребты с заснеженными вершинами. Но нам сегодня надлежит ехать в другую сторону, на запад, к киргизско-таджикской границе. Дорога ведет по практически пустынным пейзажам, кроме сглаженных временем высоких холмов в долине мало что есть, время от времени встречаются населенные пункты, большая часть домов в них только строится, видимо, в этой малонаселенной части страны действует государственная программа, призванная укрепить приграничный регион, соседствующий с Узбекистаном и Таджикистаном путем заселения его со стороны Кыргызстана. Так это на самом деле или нет – остается лишь догадываться. 

Посреди холмистой, выжженной солнцем каменистой пустыни находим совсем новенькое кафе, останавливаемся возле него чтобы позавтракать. Готовят здесь прекрасно, порции – на удивление большие, цены – очень низкие. Сидим за дастарханом, завтракаем и обсуждаем, что нас может ждать в Таджикистане, как население примет нас, российских путешественников, каким образом и где мы сможем найти национальные головные уборы. Мыслей у каждого много, но в любом случае придется шагнуть в неизвестное чтобы понять, чем живет и дышит сейчас население соседнего государства. Жара наступает, столбик термометра несмотря на утренний час, зашкаливает за 30*С, и это – лишь начало дня. До города Баткен, последнего относительно крупного населенного пункта на территории Кыргызстана, едем по все той же голой высокогорной пустыне, где почти ничего не растет, справа вдоль дороги то и дело возникают пограничные заграждения. Движемся вдоль границы с Узбекистаном; что любопытно, на территории соседнего государства благоухают тенистые сады, зеленеют поля, земля путем орошения является плодородной и, судя по всему, дает обильный урожай несколько раз в год. Мы с любопытством заглядываем на ту сторону границы, удивляемся столь разительному контрасту, там в прошлом также наверняка была голая пустыня, но сейчас это цветущий оазис. 

Подъезжаем к пограничному пункту Гулистон, в течение двух часов проходим все таможенные формальности, водители Валерий и Руслан заполняют при въезде в Таджикистан массу всевозможных документов, проходят 4 вида пограничного контроля, в том числе даже ветеринарный. А мы, пассажиры достаточно быстро проходим паспортный контроль и долго ждем на улице, на солнцепеке, при жаре 33*С. Наконец все формальности позади, скучающий на посту пограничник приветливо дает отмашку, и мы, минуя шлагбаум, въезжаем на территорию сопредельного государства. Удивило приветливое отношение сотрудников как киргизской, так и таджикской пограничной службы, практический каждый искренне интересовался экспедицией, никто не чинил особых проблем. Конечно, за экспертизы пришлось платить, но это регулируется законодательством страны пребывания. На паспортном контроле с таджикской стороны к нам подошел сотрудник таможенной службы, явно если не начальник таможни, то заместитель – точно, солидный человек, в возрасте, в пограничной форме, поздоровался с каждым за руку и пожелал удачного путешествия по Таджикистану:

- Мы всегда очень рады гостям, добро пожаловать в Таджикистан! – Сказал он, и у нас сразу отлегло на душе. О стране ходит много противоречивой информации в Интернете, да и СМИ пишут все что угодно. Но у нас принцип такой: достоверной является лишь информация, полученная из собственного опыта.

Стоило проехать несколько сотен метров, и мы тут же попали в царство абрикосов: вдоль дороги по обеим сторонам разбиты густые, тенистые абрикосовые сады, на ветвях деревьев множество спелых плодов, повсюду идет сбор урожая, причем, складывается такое ощущение, что каждый желающий просто приезжает на автомобиле, велосипеде или ишаке и собирает спелые фрукты в любом количестве, некоторые тут же их продают. Необычно видеть столь резкий контраст между иссушенной солнцем пустыней и благоухающими садами… Попытка пообщаться с женщинами, собиравшими абрикосы, не увенчалась успехом: завидев нас, они бросились наутек в глубь сада и с осторожностью наблюдали за нами из-за дальних деревьев. Хотели было отправить к ним переговорщика в лице Альбины, но передумали. Откуда мы знаем, вдруг они не знают русский язык и поймут наш жест превратно?

 

Едем по дороге, большинство автомобилей приветствуют сигналами, улыбаются, машут нам руками и пешеходы. Удивительная страна, совсем не ожидали такой искренней, доброй реакции на появление на дорогах Таджикистана российского экспедиционного автомобиля, украшенного многочисленными лейблами спонсоров и партнеров проекта и картой кругосветной экспедиции “Hat Master”. 

Первым городом, который мы посетили в Таджикистане, была Исфара, крупный торговый центр и в-целом, уютный и приятный на вид. Оставив автомобили на стоянке, первым делом заходим в первое попавшееся кафе чтобы подкрепиться и узнать уровень цен. Местная таджикская валюта называется «сомани», стоит один сомани 10 российских рублей. Обедаем за дастарханом, улыбчивая официантка, этническая узбечка, приносит меню, которое нас удивляет, не само меню, а цены! Салат стоит 25 российских рублей, большая, свежая и вкусная лепешка – 10 рублей и т.д. На 350 российских рублей мы впятером пообедали! Затем решаем задачу мобильной связи, а точнее – Интернета. Приобрести SIM-карту в стране можно лишь по местному паспорту и только гражданам страны. Заходим в представительство компании «Билайн», долго общаемся, договариваемся, и в итоге получаем две карты с квотой 2 гигабайта, срок использования карт – 5 дней. В-принципе, такой вариант нас вполне устроил, наличие доступа в Интернет необходимо для передачи материалов экспедиции, дневников и получения информации о гостиницах, природных и культурных достопримечательностях страны. В отсутствие карт для навигатора приходится решать проблему при помощи мобильных приложений.

Пробуем местное мороженое, когда его покупали, продавец сказал: «Берите, очень вкусное, это съедите и еще захочется!» И ведь на самом деле мороженое оказалось божественно вкусным, особенно оно пришлось кстати в этот жаркий день. Не прошло и получаса, мы снова пришли к тому же продавцу за добавкой. Дальше история развивалась самым необычным образом: по пути в центр города Олег заметил крупный крытый рынок и предложил прогуляться по нему, чтобы поискать национальные головные уборы. Только мы зашли на шумный восточный базар, как тотчас же увидели искомое: пожилая женщина торговала таджикскими тюбетейками, мы подошли к ее лотку и, естественно вокруг нас начала собираться толпа любопытствующих. Судя по всему, люди с европейской внешностью, да еще и русские – нечастое явление в этих местах. Женщина с радостью согласилась рассказать нам о традиционных головных уборах, но на базаре было очень шумно, к тому же, зеваки и попрошайки начали одолевать. Олег поинтересовался, есть ли у продавщицы старинные головные уборы и где изготовлены те, которыми она торгует. Удивлению нашему не было конца, когда наша собеседница сказала:

- Звать меня Мария Александровна, все тюбетейки сама шью вот уже много лет, по происхождению я – русская, переехала в Таджикистан, вышла замуж за таджика, с тех пор живу здесь. У меня дома есть несколько старых тюбетеек и еще кое-какие вещи, которые вас скорее всего заинтересуют. У меня несколько дней назад швейцарское телевидение интервью брало, приезжали они в Таджикистан, несколько дней катались по окрестностям, попросили, чтобы я на рынок принесла свои изделия, вот здесь и снимали прямо, очень их эта тема заинтересовала. Хотя они, в отличие от вас, музей головных уборов не создают и не коллекционируют их. Вы сколько дней будете в городе? – Интересуется она.

– Мы пару часов назад заехали в Таджикистан, а сегодня уже двигаемся дальше, в сторону Душанбе, - отвечает Олег.

- Тогда можно ко мне домой съездить, там я вам все покажу и расскажу.

- Отлично, у нас как раз есть сейчас время, мы с удовольствием к вам заедем, сможете с нами поехать? – Спросил Олег.

 

- Да. Поехали, я недалеко отсюда живу, можно было бы и пешком дойти. 

Мария Александровна оставляет на соседку по лотку свой товар, мы вместе едем к ней домой, углубившись в узкие дворики провинциального таджикского городка Исфара. На улочке возится ребятня мал-мала-меньше, обдирающая переспелую черешню, а мы устремляемся на поиски старинных головных уборов в дом-мастерскую Марии Александровны. Живет она скромно, как, наверное, и подавляющее большинство жителей провинциального Таджикистана, рассаживаемся на ковре возле низенького столика, хозяйка начинает свой рассказ о таджикских головных уборах, демонстрирует разнообразные по форме и фактуре тюбетейки, как современные, выполненные ее руками, так и старинные, бытовавшие в прежние времена. От нее мы узнаем обо всех стадиях изготовления тюбетейки, о том, какое значение имеют узоры, расшитые на поверхностях этого головного убора. Даже не верится в то, что мы попали в точку, встретившись с Марией Александровной, с удивительным человеком, своими руками с высочайшим мастерством создающей головные уборы в полном соответствии с народной традицией. Это на первый взгляд кажется, будто сделать тюбетейку просто, на самом деле это – большое искусство, очень длительный и кропотливый труд. Хозяйка приносит нам все новые и новые головные уборы, заготовки, выкройки, даже бумагу и специальную спицу, при помощи которых мастерица придает изделию нужную фактуру и форму. На последней стадии формовки тюбетейка крепится на деревянный болван и пропаривается при помощи утюга или специального груза, что придает ей устойчивую форму.

За разговором время летит незаметно, Мария Александровна рассказала о том, как три раза меняла свои имя-фамилию и даже отчество, расчувствовавшись, она приносит два своих свидетельства о рождении и еще не распечатанный конверт, в котором – копия нового свидетельства уже с нынешними ее данными.

- Не знаю почему, но еще не открывала этот конверт, лежит он у меня давно. Вот время пришло, вы откройте и посмотрите, что там внутри. – Как бы между делом говорит наша собеседница. -  Тюбетейки сейчас бывают как мужские, так и женские, они отличаются по форме, мужская – более квадратная, четырехгранная, женская, как правило, более круглая и немного пирамидальная, хотя традиция изменилась, все больше девушек предпочитают носить тюбетейки. Взрослые мужчины носят головные уборы черного и зеленого цвета, раньше зеленых было намного больше, чем сейчас, в нынешние времена предпочтение отдают черному цвету.

Мария Александровна демонстрирует нам специальные нитки для шитья узоров, множество полуфабрикатов на разных стадиях готовности.

- Подскажите, сколько тюбетеек вы обычно шьете за день? – Интересуется Валерий.

- Раньше, до операции, когда была молодой, шила по 20 тюбетеек в неделю, иногда делала еще 30 заготовок, параллельно шила сразу много. А сейчас трудно работать, здоровье не то, но за неделю штук 10 делаю. С ручной вышивкой, разумеется. – Отвечает она.

- По какой цене обычно продаются ваши тюбетейки? – Задает вопрос Олег.

- Средняя цена за штуку – 35 сомани, а вообще цена зависит от сложности вышивки, размеров, формы тюбетейки. Когда на днях из Швейцарии приезжали, снимали фильм, рассказывала им как делаю национальные головные уборы, они только удивлялись тому, что до сих пор все изготавливается вручную.

Мы выбираем несколько разных по форме и рисунку тюбетеек и заготовок для их изготовления, которые хотели бы приобрести для музея, тем временем Мария Александровна задает вопрос:

- Хотите увидеть старинный чапан (паранджу), именно такие сбрасывали с себя женщины в то время, когда Ленин приезжал в Туркестан?

- Конечно хотим, у вас чапан есть? – Удивляемся мы.

- Сейчас принесу.

Наша собеседница приносит старинный, явно дореволюционный чапан, причем сохранившийся превосходно, примеряем его на Альбину. Пошит он по всем правилам, что бытовали в ту пору, до прихода советской власти в эти края. После фотосессии договариваемся с хозяйкой о приобретении этого редчайшего артефакта для нужд музея, она даже цену называть не стала:

- Сколько дадите, во сколько сами оцените все, что выбрали, столько и стоит, не могу я вам называть цены, вы же для музея это берете, не для того, чтобы носить на себе.

 

Тронутые до глубины души порядочностью этой прекрасной женщины, Олег и Валерий постарались поддержать ее в материальном плане прекрасно понимая, насколько трудно приходится ей сводить концы с концами, тем более после перенесенной недавно операции и долгой болезни, в течение которой она не могла заниматься изготовлением головных уборов и, следовательно, жила только на одну мизерную пенсию. Когда мы уже собирались уходить чтобы ехать дальше, в подарок Мария Александровна преподнесла нам еще несколько тюбетеек, традиционное таджикское покрывало собственного изготовления, со сложной вышивкой, Алине – обрез старинного шелка, который ей когда-то подарила мама (мне уже ни к чему, возраст не тот, а девушке пригодится, сшей себе платье, красавица, и носи на здоровье и память о моей маме).

Уходя, мы узнали о долгой и неразрешимой проблеме с жильем, которая существует у Марии Александровны: крохотная комнатка площадью 12 квадратных метров в коммуналке, - вот то, что у нее есть, сейчас там временно живет ее сестра, у которой своих пять детей, всего же их ютится 12 человек на 12 метрах. Мы по пути заехали в эту комнатушку, у входа встречает разновозрастная ребятня, с любопытством разглядывая необычных гостей на красивых машинах. Снимаем обувь, заходим по узким, темным коридорам в крохотную комнатку, во весь пол расстелено покрывало, в центре – дастархан (они в это время как раз обедали), нас приглашают к столу, но вынужденно отказываемся из-за дефицита времени. Действительно, в таких условиях жить практически невозможно, большая компания фактически проживает на этой площади, да и сам дом вот-вот развалится, он явно находится в аварийном состоянии. Мы сделаем все возможное, чтобы помочь Марии Александровне, мастеру по призванию, занимающейся нужным, общественно значимым делом, сохраняющей национальные традиции Таджикистана. 

После Исфары путь наш лежит в сторону Душанбе, в то время, когда солнце стало медленно склониться к горизонту, решаем сделать серию фотографий экспедиционного автомобиля на фоне пустынной холмистой местности, рельеф которой в это время дня подчеркивают косые солнечные лучи. Съезжаем с трассы на проселочную дорогу, Валерий дает по газам и мчится по крутому склону наверх, на вершину ближайшего холма. Из-под колес внедорожника вырываются клубы пыли, летят в разные стороны острые камни. Дальнейший путь проходит вдоль берега крупного водохранилища, окруженного горами, за них медленно садится солнце, алыми лучами освещая фруктовые сады, раскинувшиеся по всей долине, склоны ближайших гор, изрезанные оврагами и расщелинами, осликов, везущих повозки с семьями, возвращающимися с полей с собранным урожаем, и наши автомобили.

Оставляем в стороне Худжанд, бывший Ленинабад, поворачиваем от него на юг, выезжая на платное шоссе, через каждые несколько километров здесь установлены турникеты и будки для сбора денег за проезд по следующему участку пути. Дорога вполне радует высоким качеством покрытия, за что и приходится платить. Сборы разные – от 2 до 21 сомани с автомобиля, в зависимости от сложности участка. Поздним вечером приезжаем в крохотный городок, надеясь найти ночлег, но в нем даже ни одного кафе нет, не говоря о гостинице. Попытки выяснить местоположение ближайшего постоялого двора у милиционера, встретившегося на улице, не увенчались успехом, он с трудом понимал нас, а мы – его (русский язык в Таджикистане знают не все). Продолжаем движение по трассе до первой попавшейся на пути гостиницы. Таковая была найдена перед перевалом, в некотором удалении от горной реки. Парнишка по имени Мухтар, дежуривший в эту смену, разместил нас в двух номерах на втором этаже, вместо кроватей – матрацы, вместо стола – дастархан, - все в чисто азиатском, местном колорите, что вполне согласуется с нашей традицией попробовать при возможности все, ощутив дух народа той страны, где находимся в данный момент времени. Ужинаем привезенными продуктами и тем, что для нас смог приготовить в столь поздний час Мухтар, сидим в соседней комнате за дастарханом, к стене приставлена большая золоченая рама, в ней – композиция их открытого Корана, в центре – надпись во славу Аллаха на арабском языке. Соседняя комната – самая большая, в ней находится «намазхана» - место для совершения намаза. Где-то вдали грохочет горная река, по трассе время от времени с шумом проносятся большегрузы, в траве стрекочут цикады и кузнечики, а по бархатно-черному южному небу рассыпались миллионы ночных светил.

 

- В наших краях видно много звёзд, я люблю смотреть на ночное небо, жить в горах, ближе к природе, - говорит Мухтар, наливая горячий зеленый чай в пиалы. 

Оставить комментарий

Комментарии: 0